">
История Всемирная история
Информация о работе

Тема: Страны в Новое Время

Описание: Подавление революции. Восстановление абсолютистских порядков. Жестокие репрессии обрушились. Устрашение и деспотический произвол. Главные методамы управления абсолютных монархий. Влияние иезуитов. Принципы устройства сложившихся институтов итальянского государства.
Предмет: История.
Дисциплина: Всемирная история.
Тип: Курсовая работа
Дата: 03.09.2012 г.
Язык: Русский
Скачиваний: 4
Поднять уникальность

Похожие работы:

Тема 2 Англия в Новое Время.

4.Избирательные реформы в Англии 1832, 1867, 1884 – 1885 годов.

Избирательное право: основную массу депутатов нижней палаты (467 из 658) «выбирали» мелкие города и деревеньки — местечки («гнилые» — старые, давно оставленные деревни; «карманные» — принадлежали крупным землевладельцам). Голосование открытое, избирателям заранее указывали, за кого те должны голосовать, и наказывали выселением за непослушание. В среднем, на одно местечко приходилось 12 избирателей и по 2 депутата. Город Лондон со своим полумиллионным населением (конец 18 века) посылал 4 депутатов. Между тем в Англии выросли новые города в связи с промышленной революцией 18 века. Города — средоточие буржуазии. Но именно города либо вовсе не избирали, либо избирали такое число депутатов, которое никак не соответствовало численности населения. Естественным следствием этого противоречия было требование избирательной реформы. Буржуазия не покушалась на палату лордов. Но нижнюю палату она хотела видеть буржуазной. В борьбе за реформу буржуазия обратилась к помощи рабочих. Она обещала им законы, которые дадут дешевый хлеб, и рабочие примкнули к борьбе (обещали отменить хлебные законы, запрещавшие ввоз дешевого хлеба из-за границы, чтобы лендлорды имели возможность продавать свой хлеб по высокой цене).

1816 год — массовая манифестация в пользу реформы; возникали разного рода рабочие союзы. Желая покончить с сопротивлением лордов, буржуазные организации обратились с призывом изымать вклады из банков. Лорды сдались.

1832 год — Акт о народном правительстве, предложенный правительством вигов, стал законом; ее основные моменты:

более 50 местечек — из тех, что «гнилые», — были вовсе лишены представительства в парламенте;

еще 30 местечек должны были удовольствоваться сокращением числа депутатов;

освободившиеся 143 места были отданы: 66 — «большим густо населенным и богатым городам», 65 — графствам, остальные — Шотландии, Ирландии, Уэллсу;

уменьшены расходы на избирательные кампании;

голосовать имело право «всякое совершеннолетнее лицо мужского пола, не подлежащее поражению в правах», арендующее земли или имения на срок не менее чем 60 лет, с чистым доходом не менее 10 фунтов в год.

для внесения в списки избирателей нужно было проживать в течение ближайших 60 календарных месяцев или в самом месте или в пределах 7 миль от данного места.

Таким образом, править Англией уполномочивался собственник.

Реформа сделала необходимой борьбу, за голоса избирателей. Тори и виги быстро это поняли, и переименовали свои партии: тори — «консерваторы» («Мы не зарекаемся против реформ, но в принципе за то, чтобы все оставалось как прежде»), виги — «либералы» (поощряли прогресс).

19 век — упорная борьба за всеобщее избирательное право, ежегодный парламент, за то, чтобы депутатом мог сделаться всякий достойный рабочий человек. 1850 — 60 гг. в английском рабочем классе приобретает значение новый социальный элемент — рабочая аристократия (склонялась к компромиссу с правящими классами Англии на основе частичных уступок с их стороны). Борьба за этого нового избирателя побудила консерваторов и либералов к новой парламентской реформе. И та, и другая из партий хотели, чтобы реформа была результатом именно ее инициативы.

1867 год — Акт о народном правительстве распадался на две части:

новое распределение мест в парламенте: львиная доля мандатов, отнятых у «гнилых» местечек, досталась графствам (30 из 53). Крупные города по-прежнему посылали ничтожное число депутатов — 34 из 560;

избирательный цент: расширение ценза — право голоса получали не только те, кто уплачивал 10 фунтов стерлингов арендной платы. Если дом был обложен налогом в пользу бедных (а таких домов было много), право голоса получали все те наниматели небольших квартир, которые его вносили. До 1867 года они уплачивали налог через посредство домохозяина, и только он считался «налогоплательщиком». Реформа возводила в этот ранг всякого, кто уплачивал налог и тем самым расширяла круг избирателей.

1872 год — вводится тайное голосование.

1884 год — Акт о народном представительстве:

каждый мужчина (домовладелец и квартиронаниматель) имеет право голосовать, если помещение находится в графстве Англии и Шотландии или графстве и городах Ирландии;

каждый мужчина, владеющий в графстве или городе землей или помещением (с доходом не менее 10 фунтов стерлингов), может зарегистрироваться как избиратель и голосовать;

избиратель, владеющий собственностью в городе, не может голосовать в графстве.

1885 год — Акт о перераспределении мест: в графствах — введение избирательных округов, каждый из которых избирает одного члена парламента. По системе относительного большинства, если, например, при 1000 голосующих по трем кандидатам голоса разбивались так, что один получал 400, а два других по 300 голосов, избранным считался тот, за кого голосовало 400. То, что избранный не имел за собой большинства избирателей, не принималось во внимание. Считалось, однако, что депутат должен защищать интересы не только тех, кто его избрал, но и всего избирательного округа в целом.

Парламент избирался на 7 лет. Классовый компромисс дворянства и буржуазии сохранял силу, однако преобладающее положение перешло к буржуазии.

1871 год «Акт о тред-юнионах» — профессиональные союзы рабочих — тред-юнионы — добиваются легального существования (тред-юнион — такая временная или постоянная коалиция для регулирования отношений между рабочими и хозяевами, отношений рабочих между собой). 1875 год — профсоюзы склонили парламент к отмене тюремного заключения за нарушение договора найма. По старому закону («господин и служащий»), рабочий, оставивший место до срока, подвергался тюремному заключению на 3 месяца. Стала возможной агитация, направленная на повышение з/п; было отменено уголовное наказание за организацию забастовок; получает признание «свобода совести», то есть право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой; в той или иной степени признавалось свободное выражение мнения — свобода слова.

Отсутствие системы административных наказаний и штрафов — во всех случаях полиция обращалась за содействием к суду. Митинги не запрещались и не требовали предварительного разрешения; однако местные власти имели право разгона, если находили, что митинг превращается в «шумное сборище».

Тема 5 Франция в Новое время.

1.а)Конституция 1791 г.

В 1791 г. Учредительное собрание закончило составление конституции. Франция провозглашалась конституционной монархией. Высшая исполнительная власть предоставлялась королю, высшая законодательная власть - Законодательному собранию. В выборах могли участвовать только так называемые активные граждане, составлявшие менее 20% населения. Конституция не отменила существовавшее в колониях рабство.

По сравнению с государственно-правовой системой феодально-абсолютистского строя конституция 1791 г. носила прогрессивный характер. Но она ясно раскрывала классовую природу победившей буржуазии. Составители конституции стремились увековечить не только имущественное неравенство людей, но и- в прямом противоречии с Декларацией 1789 г. - политическое неравенство граждан.

Антидемократическая политика Учредительного собрания вызывала все более резкое недовольство в народе. Крестьяне, рабочие, ремесленники, мелкие собственники оставались не удовлетворенными в своих социальных и политических требованиях; революция не дала им того, чего они от нее ожидали.

В Учредительном собрании интересы демократических кругов представляла группа депутатов, возглавлявшаяся адвокатом из Арраса - Максимилианом Робеспьером (1758-1794), убежденным, непреклонным сторонником демократии, к голосу которого все больше прислушивались в стране.

Клубы и народные общества. Демократическое движение в 1789-1791 гг.

За годы революции политическая активность народных масс сильно возросла. В Париже важнейшую роль играли органы районного самоуправления - дистрикты, позднее преобразованные в секции. В них часто происходили собрания, ставшие подлинной политической школой для столичного населения. Руководители буржуазного муниципалитета стремились уничтожить непрерывность заседаний дистриктов и секций и превратить их только в избирательные собрания, очень редко созываемые, но демократические элементы всячески этому противились.

В столице и в провинциальных городах возникли различные политические клубы. Наибольшее влияние имели клуб якобинцев и клуб кордельеров. Они назывались так по имени монастырей, в помещении которых собирались. Официальное название якобинского клуба было «Общество друзей конституции», а клуба кордельеров - «Общество друзей прав человека и гражданина».

Состав якобинского клуба в 1789-1791 гг. был довольно пестрым; клуб объединял буржуазных политических деятелей различных оттенков - от Мирабо до Робеспьера.

Клуб кордельеров, возникший в апреле 1790 г., служил политическим центром для простых людей, принимавших активное участие в событиях революции. В его составе было много «пассивных граждан», в его заседаниях участвовали также и женщины. Среди деятелей этого клуба выделялись блестящий оратор Жорж Дантон (1759-1794) и талантливый журналист Камилл Демулен. С трибуны клуба кордельеров раздавалась резкая критика антидемократической политики Учредительного собрания и цензовой конституции 1791 г.

В «Социальном клубе» и созданной им широкой организации«Всемирная федерация друзей истины» на первый план выдвигались социальные требования; клуб издавал газету «Железные уста». Организаторами «Социального клуба» были аббат Клод Фоше и журналист Н. Бонвилль.

Огромное влияние на революционно-демократическое движение имела газета «Друг народа», издававшаяся Маратом. Врач и ученый, Жан-Поль Марат (1743-1793) с первых же дней революции целиком отдался революционной борьбе. Непоколебимый защитник интересов и прав народа, друг бедняков, революционер-демократ, мужественный борец за свободу. Марат страстно ненавидел тиранию и угнетение. Он раньше других разгадал, что на смену феодальному гнету приходит гнет «аристократии богатства». На страницах своей подлинно народной газеты и в своих боевых памфлетах Марат разоблачал контрреволюционные планы и действия двора, антинародную политику Неккера, склонность к измене вождей партии конституционалистов - Мирабо, Лафайета и др., усыплявших бдительность народа фразами о «братстве», о «доверии». Марат учил революционной решимости, призывал народ не останавливаться на полпути, идти до конца, до полного сокрушения врагов революции.Двор, дворянство, крупная буржуазия ненавидели Марата, преследовали и травили его. Сочувствие и поддержка народа позволяли Марату продолжать из подполья, где ему нередко приходилось скрываться, борьбу за дело революционной демократии.

. Принятие французской Конституции 1791 г. не означало окончания политической борьбы в стране. Новая система государственных органов отражала лишь временное равновесие. К лету 1791 г. совершился раскол третьего сословия. Окончательно оформились три основные политические группировки:

фельяны (фейяны) - консерваторы, представители крупной конституционно-монархической буржуазии и либерального дворянства;

жирондисты - центристы, представители более радикальной торгово-промышленной средней буржуазии;

якобинцы - радикалы, выражавшие интересы мелкой, средней буржуазии, ремесленников, крестьянства.

В это же время подготовка европейских монархий к интервенции против революционной Франции приняла открытый характер. В 1792 г. в войну с Францией вступили Австрия, Пруссия и Сардиния, в 1793 г. - Великобритания, Нидерланды, Испания и др. Измена многих генералов французской армии облегчила интервентам проникновение на территорию Франции, а затем наступление на Париж. Король и дворяне - тайные союзники интервентов - связывали с иностранным вторжением свои надежды на будущее.

Слухи о заговоре короля подтолкнули народные массы к восстанию Юавгуста 1792 года. Мощное восстание свергло монархию и сбросило стоявшую у власти партию фельянов - партию крупной буржуазии.

б)На втором этапе революции (10 августа 1792 года - 2 июня 1793 года) власть сосредоточилась в руках жирондистов, являвшихся самой влиятельной политической силой в Законодательном собрании. Из их представителей был сформирован Временный исполнительный совет. Специальным декретом Законодательное собрание объявило о созыве нового органа государственной власти - Национального Учредительного конвента.

Выборы в Конвент завершились в сентябре 1792 г. Были избраны 783де-путата, из них около 200 жирондистов и около 100 якобинцев. Большинство депутатов не принадлежали ни к одной из группировок и составляли политический центр.

В ночь с 21 на 22 сентября 1792 года Конвент своим декретом утвердил упразднение королевской власти и отмену Конституции 1791 г., а также принял на себя подготовку новой Конституции.

Декретом от 25 сентября 1792 года Франция объявлялась единой и неделимой республикой.

Дальнейшее развитие событий определилось острой борьбой между жирондистским правительством в Конвенте и якобинской оппозицией. Падению авторитета жирондистов способствовало несколько обстоятельств:

придя в качестве правящей партии на смену фельянам и переходя на консервативные позиции, жирондисты стремились остановить революцию;

отменив Конституцию 1791 г., они не смогли дать Франции новый республиканский конституционный документ;

оставался нерешенным вопрос об окончательной и полной ликвидации феодальных отношений в деревне;

резко ухудшилось экономическое и в особенности продовольственное положение вследствие войны.

Непоследовательная центристская политика жирондистского Конвента привела республику на грань гибели. Около двух третей территории страны оказалось в руках иностранных войск и контрреволюционеров. Попытка жирондистов противопоставить Парижу провинцию, где их позиции были сильны, а также сближение жирондистов с открыто контрреволюционными элементами сделали неизбежным новое народное восстание 31 мая - 2 июня 1793 года.

в)Якобинская диктатура, революционно-демократич. диктатура, высший этап Великой французской революции. Была установлена в результате нар. восстания 31 мая - 2 июня 1793, приведшего к власти якобинцев (отсюда утвердившееся за ней в историч. лит-ре назв.). Опиралась на револю-ц. блок гор. мелкой и ср. буржуазии, большинства крестьянства и плебейских масс. Я. д. установилась в тяжёлых условиях, когда развязанные внутр. врагами мятежи (роялистов в Вандее, жирондистов в Бордо, Тулузе, Лионе и др. городах), контрре-волюц. террор, интервенция, экономич. трудности поставили франц. республику на грань катастрофы. Правовое оформление системы власти Я. д. осуществлялось постепенно и было завершено декретами 10 окт. и 4 дек. 1793, учредившими во Франции "временный революционный порядок управления" (введение в действие бурж.-демократич. конституции, принятой Конвентом 24 июня 1793, было отложено). Вся полнота законодат. и исполнит, власти сосредоточилась в руках Конвента и его комитетов; Комитет общественного спасения (с 27 июля фактически возглавлявшийся М. Робеспьером) в сущности выполнял функции революц. пр-ва; осн. задачей Комитета общественной безопасности и Революц. трибунала была борьба против внутр. контрреволюции. В департаменты и в армии направлялись облечённые чрезвычайными полномочиями комиссары Конвента. Сосредоточение гос. власти в руках якобинского пр-ва сочеталось с широкой инициативой нар. масс и их орг-ций. Наряду с Якобинским клубом большую политич. роль играли демократическая по составу Парижская коммуна, выборы в к-рую были проведены в нояб. 1792 (см. в ст. Парижская коммуна 1789- 1794), и связанные с ней секции Парижа, а также Клуб кордельеров, функционировавшие по всей стране революционные комитеты, многочисл. нар. об-ва. Прямое давление нар. масс на Конвент во многом определяло решит, политику Я. д. По инициативе парижских секций Коммуны был издан 23 авг. 1793 декрет о мобилизации всей нации для отпора врагу. Под нажимом парижского плебейства 4-5 сент. 1793 Конвент ответил революц. террором на террор врагов революции, репрессиями по отношению к спекулянтам, вмешательством гос-ва в сферу распределения гл. продуктов потребления , (декрет о всеобщем максимуме 29 сент. 1793 и др.). Эти меры ограничивали свободу бурж. накопления, задевали интересы гор. и сел. буржуазии и шли дальше "...непосредственных, ближайших, созревших уже вполне буржуазных целей..." революции (Л е н и н В. И., Поли. собр. соч., 5 изд., т. 17, с. 47).

Якобинцы в кратчайший срок решили гл. задачи бурж. революции и отстояли её завоевания. Декретами 1793 (3 июня - о распродаже мелкими участками земель эмигрантов, 10 июня - о возвращении крестьянам захваченных феодалами общинных земель и их равном разделе между членами общины, 17 июля - о полной и безвозмездной ликвидации феод, повинностей) было обеспечено радикальное и по своей смелости уникальное в истории бурж. революций Запада решение гл. вопроса революции - аграрного. Я. д. нанесла сокрушит, удар силам внутр. контрреволюции, в частности вандейским мятежникам (см. Вандейские войны). Создание массовой нац. армии, чистка офицерского состава, выдвижение талантливых командиров из народа, спешное развёртывание воен. произ-ва, выработка новой стратегии и тактики, революц. -патриотич. энтузиазм и твёрдое воен. руководство обеспечили перелом на фронтах в пользу Франции. К нач.

1794 территория Франции была очищена от интервентов; 26 июня 1794 в битве при Флёрюсе (совр. Бельгия) были разбиты осн. силы австр. Габсбургов. Высоко оценивая историч. значение революц. деятельности Я. д., В. И. Ленин писал: "...чтобы быть конвентом, для этого надо сметь, уметь, иметь силу наносить беспощадные удары контрреволюции, а не соглашаться с нею. Для этого надо, чтобы власть была в руках самого передового, самого решительного, самого революционного для данной эпохи класса" (там же, т. 34, с. 37).

Когда благодаря Я. д. миновала опасность реставрации старых порядков, обострился антагонизм внутри блока социальных сил, сплотившихся вокруг якобинцев в борьбе с общим врагом. У гор. и сел. низов нарастало недовольство бурж. ограниченностью политики якобинской власти (распространение максимума на заработную плату, преследование стачек гор. и сел. рабочих, устранение "бешеных", роспуск "революц. армии" декретом 27 марта 1794, невыполнение вантозских декретов и др.). Крупная и ср. буржуазия, зажиточное и ср. крестьянство по мере уменьшения опасности реставрации монархии не хотели больше терпеть режим революц. диктатуры (ограничение свободы торговли и предпринимательства, твёрдая политика максимума и реквизиций, революц. террор), сужавший их возможности извлечь все выгоды из победы бурж. революции. Отражением этих процессов явилось обострение с нач. 1794 политич. борьбы в рядах самого якобинского блока. Выражая стремления бедноты, левые ("крайние") якобинцы (руководители Парижской коммуны Ж. Р. Эбер, П. Г. Шометт и др.) и близ кие к ним деятели парижских секций и Клуба кордельеров требовали дальнейшего проведения уравнит. мер, ограничивающих крупную собственность и свободу бурж. наживы, строжайшего соблюдения максимума, ужесточения революц. террора, войны до полной победы. На противоположном политич. фланге "снисходительные" (дантонисты) во главе с Ж. Дантоном и К. Демуленом, связанные с поднявшейся во время революции новой буржуазией, добивались ослабления режима революц. диктатуры, а во внеш. политике - скорейшего заключения мира. Казнь в марте - апреле 1794 Эбера и др. эбертистов, Шометта, а также Дантона и др. дантонистов, усиление революц. террора (декрет 10 июня 1794) не могли предотвратить неумолимый процесс распада якобинского блока и нарастания кризиса Я. д. В июне - июле 1794 в недрах Конвента сложился заговор, направленный против возглавлявшегося Робеспьером и его ближайшими сподвижниками революц. пр-ва. Хотя к заговору примкнули и нек-рые левые якобинцы, гл. роль в нём играли представители контрреволюц. буржуазии. В результате термидорианского переворота (27/28 июля 1794) Я. д. была свергнута.

Историч. значение Я. д. состоит в том, что она довела до решит, победы бурж. революцию во Франции и отстояла её завоевания от внутр. и внеш. контрреволюции, заложила революц. традиции, игравшие и играющие большую роль в революц. движении 19-20 вв.

г)После падения диктатуры якобинцев, новая власть, которая состояла в основном из остатков недобитых жирондистов создала свою конституцию, по которой парламент должен был быть двухпалатным и это была как основная идея, так и цель создания новой конституции. В остальном она напоминала первую конституцию в Европе, как впрочем, и все последующие.

Далее на политической арене Франции борьба с законодательной властью была завершена, а вот что касаемо исполнительной власти, то Директория тут становилась полноправной хозяйкой, в лице пяти Директоров. Этих Директоров должны были избирать Советом старейшин. В связи с тем, что механизм выборов без руководства им извне полностью может стать в последний момент неконтролируемым и неуправляемым, что приведет к результатам, которые считаются не правильными. Новая власть желала утвердиться уже с первых выборов на вершине как исполнительной, так и законодательной ветви власти. В итоге из числа правительства Директории должны быть были выбраны большинство депутатов в Совете старейшин и Совете пятисот. Это положительно бы сказалось на монополизации политических рычагов влияния в руках.

Конечно же, роялисты этому были явно не довольны. В центре Парижа они подняли очередное восстание, которое подавил уже зарекомендовавший себя у якобинцев молодой военачальник Бонапарт. Конвент после этих событий успешно прекратил свою деятельность. На их место встали Совет и Директория. Первым наперво Директория во Франции приступила к созданию армии. Армия стала Меккой для тех, кто наделся на чины и награды, и количество добровольцев стало поразительно быстро увеличиваться. Отвлечься от внутренних проблем могла помочь только война. Война кроме того могла Франции помочь отвоевать деньги, которые ей были так необходимы.

Порпоганда демократических идеалов революции было тем толчком, который мог помочь Франции «освобождать» новые земли от феодалов. Предполагалось, что на завоеванных землях будут настолько высокие налоги, что Франция решит все свои экономические проблемы. Вот тут и проявил себя Наполеон Бонапарт, который по некоторым неподтвержденным сведениям и был тем военным, который предложил этот вариант обогащения войны. 1796-1797 стали для него звездным часом - Папскую область, Парму, Геную, Венецию, Модену, Ломбардию Сардиния отказалась от Савойи. Удача явно сопутствовала военному гению. Более того от такого натиска мира запросила и Австрия в том числе.

д)С 1804 года началась новая эпоха в истории Франции — эпоха империи, которая, впрочем, была прямым продолжением предыдущей, ибо Наполеон и во время консульства в действительности был правителем государства. Царствование Наполеона было наполнено, с некоторыми перерывами, войнами, сперва чрезвычайно счастливыми для Франции, хотя и с отдельными неблагоприятными эпизодами (Трафальгарское сражение); Франция распространила свою власть и влияние почти на всю Европу, оставив глубокий след в её внутренних порядках. Начиная с неудач в Испании (см. Испано-португальская война 1807—1814 гг.) и продолжая войной с Россией в 1812 году, счастье изменило империи (см. Наполеоновские войны и Наполеон I). Тем не менее экономический баланс царствования Наполеона не может считаться безусловно неблагоприятным для Франции. Оно закрепило многие завоевания революционной эпохи и создало чрезвычайно благоприятные условия для развития земледелия и промышленности.

В эту эпоху во Франции (в основном при активном содействии правительства) сильно распространилась культура некоторых растений, до тех пор неизвестных или мало известных во Франции; важнейшим из них был картофель, введение которого началось ещё до революции, но шло медленно. Площадь обрабатываемых земель увеличилась весьма значительно; виноделие с 1790 по 1810 гг. увеличилось в полтора раза; вывоз скота с суммы 4,5 млн франков в 1790 году поднялся к 1812 году до 9 млн; прядильная, ткацкая, шелковая промышленность получили громадный толчок и усилились в несколько раз; фабричная промышленность, весьма слабая до революции, была очень развита к концу царствования Наполеона. Кроме различных внутренних мер, принимавшихся для этих целей, Наполеон считал нужным прибегать к высоко покровительственному, частью прямо запретительному таможенному тарифу. Вывозная торговля Франции в первую половину царствования Наполеона быстро росла: в 1802—04 гг. вывоз в среднем равнялся 351 млн франков, в 1805—07 гг. — 402 млн франков, и только во вторую половину начал падать, составляя в 1808—10 гг. 343, в 1811—12 гг. 356 млн франков. Ввоз, затрудняемый тарифами и политическими событиями сильно колебался из года в год, но в общем падал (в 1802—465 млн франков, в 1812—257 млн франков). См. Континентальная система.

Самая война не приносила Франции большого вреда (экономического). Она велась на чужой территории, на контрибуции и реквизиции, и Франция платила за них сравнительно мало (хотя налоги все-таки росли; см. Наполеон I); даже займы для неё не заключались. Между тем она освобождала страну от избыточных рабочих рук и давала громадные заказы собственной промышленности (ткацкая промышленность в значительной мере обязана своим ростом военным предприятиям Наполеона). Армия являлась учреждением деспотически-демократическим; в ней господствовала воля одного человека, но не было ни сословных, ни иных подобных различий; каждый солдат, независимо от происхождения, «носил маршальский жезл в своём ранце». Конскрипции, введенные революцией, были смягчены установленным во время консульства (1800) правом откупаться от воинской повинности, что примирило с войнами зажиточную буржуазию. Армия являлась крестьянской и мелкобуржуазной и была чрезвычайно популярна в народной массе. Так было преимущественно в первую половину царствования Наполеона; во вторую, когда война все же истощила народные средства и, главное, войны стали менее удачными, стране пришлось расплачиваться за свои военные увлечения и крайности протекционизма, вызвавшие страшный торгово-промышленный кризис. Империя обратилась в военную диктатуру, которая не могла быть прочной.

Деспотизм Наполеона оттолкнул от него всю сохранявшую ещё любовь к свободе часть интеллигенции (цензура 1810 года, высылка де Сталь, Констана и др. — см. Наполеон I); духовенство, едва с ним примирившееся, вновь сделалось самым ожесточённым его врагом. Старая аристократия, которой он разрешил вернуться на родину и которую пытался приблизить к своему двору, не могла примириться ни с потерей прежних богатств, ни с новым положением при дворе надменного и постоянно оскорблявшего её императора. Народные массы чувствовали себя утомленными и требовали смягчения податного бремени и прекращения войн. Не терпя вокруг себя ни малейшей искры самостоятельности, Наполеон наполнил все созданные им учреждения лишёнными собственной воли и льстившими ему его креатурами. В минуту испытания нельзя было рассчитывать на их твердость и стойкость; и действительно, после вступления союзных армии в Париж (31 марта 1814 года), назначенный им же сенат провозгласил 3 апреля 1814 года низложение его с престола, опубликовав в своём «Акте низложения» целый обвинительный акт против него, в котором ему ставились в вину нарушения конституции, совершенные при постоянной и деятельной поддержке сената.

2.История изучения эпохи Реставрации ведет свой отсчет с первых месяцев после Июльской революции 1830 года. Уже в 1831 году начинает выходить 10-ти томная "История Реставрации" Капефига. Написанная "по горячим следам" работа грешила, естественно, неточностями, что подвигло некоторых современников на выпуск мемуаров. В конце Июльской монархии появляется первая серьезная работа, основанная на обширной источниковой базе - "История двух Реставраций" А.Волабелля. Автор не утруждает себя анализом, но облегчает эту работу другим, публикуя большое количество важных документов, таких, как бюджет, поименные голосования и другие. В заключении автор приходит к выводу, что режим Реставрации никто не свергал, а монархия Бурбонов просто потеряла поддержку общественного мнения. "Однажды Франция отступила от Бурбонов и Карл Х упал". Новый подъем интереса к Реставрации отмечается в начале Третьей Республики. Демократический режим богатым опытом парламентской борьбы. За примерами ораторского красноречия обратились к выступлениям депутатов и пэров эпохи Реставрации. В этой ситуации большую помощь оказал выход 20-ти томного труда Габриэля Вьель-Кастеля "История Реставрации", где были собраны многие речи знаменитых ораторов того времени Ройе-Коллара, Шатобриана и других. Этот труд до сих пор остается самым подробным изложением фактов как внутри-, так и внешнеполитической жизни Франции того периода. Вьель-Кастель продолжил традицию Капефига и Волабелля, сделав основной целью своей работы поиск причин падения Бурбонов.

Первым из историков, кто вспомнил не только о неудачах, но и о заслугах Реставрации, был Альфред Нетман. Он писал: " Реставрация - это не только возвращение трона Бурбонам, но и возвращение Папы в Рим, мадам де Сталь - на родину, слова - Лэне, пера - Констану и Шатобриану, возвращение торговли в океан, рук - к полю, возвращение отдыха телу, активности - духу, безопасности - интересам и согласия - миру". Здесь причиной многих неудач и перекосов Реставрации представлялся не сам режим, а внешние обстоятельства и в первую очередь - наполеоновская эскапада весной 1815 года. Те же ошибки, которые все же были совершены, были вызваны неизбежными сложностями при переходе к новой, парламентской форме правления. Основной заслугой Реставрации Нетман считал предоставление свободы, которой многие, в первую очередь пэры Франции, не сумели "правильно" воспользоваться. Так подробно на работе Нетмана я остановился не столько из-за ее собственной ценности, сколько из-за заложенной им традиции в изучении эпохи Реставрации. Эту традицию отчасти продолжил и другой известны исследователь эпохи Реставрации Эрнест Доде. В своей первой общей работе он недалеко ушел от своих предшественников. Но в последующем он стал первым, кто перешел от общего к частному - от общего описания политической жизни Реставрации к конкретным проблемам. В своей наиболее значительной работе "Белый террор" он поднял проблему роялистских народных бунтов на юге Франции летом и осенью 1815 года.

В межвоенный период в исследовании эпохи Реставрации наступает определенное затишье, которое заканчивается в 1948 году с появлением работы Гийома Бертье де Совиньи "Фердинанд Бертье или Загадка Конгрегации". Тема его диссертации была выбрана не случайно. Автор опирался на семейные архивы, доступ к которым был облегчен благодаря его принадлежности к этому видному дворянскому роду. Так пересеклись личные и исследовательские интересы. Бертье де Совиньи стал лидером консервативного направления в современной историографии Реставрации после выхода своего главного труда "Реставрация" в 1955 году. Автор, опираясь на фактический материал работ Вьель-Кастеля и Капефига, предлагает пересмотреть многие устоявшиеся оценки. Реставрация оказывается первым и чуть ли не единственным стабильным режимом во Франции со времени Людовика XVI, который заложил основы существования страны на весь XIX век. Это касается как экономической ситуации, так и политического строя. Именно Реставрация, согласно автору, заложила основы парламентского и конституционного режима в стране. :"Хартия Людовика XVIII оказалась более полезной для установления настоящего парламентского и демократического режима, чем утопические мертворожденные конституции революционной эпохи". Стабильность политической жизни позволила стране подняться и в экономическом плане. Разумное управление финансами и честное администрирование позволили быстро рассчитаться с долгами и перейти к медленному, но постоянному экономическому росту. Это было время, когда политика не выходила за рамки парламента, а дискуссии в Палате депутатов отличались возвышенностью мысли. По-новому оценивает Бертье де Совиньи и деятельность некоторых главных персонажей политической сцены эпохи Реставрации. Примечательно, что больше всего он критикует тех, кто как раз обеспечил стабильность и финансовое благополучие: барона Луи, министра финансов в 1815 году, и Виллеля, министра финансов и председателя правительства с 1821 по 1827 годы. Основной упрек заключается в том, что в своей деятельности они оба не хотели учитывать общественного мнения. В результате режим терял популярность в народе. Автор не снимает ответственности с главных инициаторов попытки государственного переворота - Карла Х и председателя правительства, Жюля де Полиньяка, но в целом он не считает, что революция была неизбежна. Бертье де Совиньи не скрывает своей эмоциональной привязанности к монархии и считает, что основной причиной неудачи Реставрации оказались особенности сознания французов, которые не захотели ждать результатов постепенного введения парламентского режима и не смогли, как англичане, сохранить монарха как мудрого руководителя народа. В этой связи интересна его оценка Июльской революции: "Кто был настоящим проигравшим - нация, которая считала этот час победным, или упрямый старик, навсегда расставшийся с родными берегами? Тот, кто покидал трон самого красивого и славного королевства Европы, или та, которая лишилась политической власти, национального единства и социальной стабильности, которую она не обрела до сих пор? После 130 лет революций и войн, диктаторских или анархических режимов, сегодня Франция может измерить тяжесть неизлечимого ранения, которую ей нанес отъезд Карла Х. И она с ностальгией смотрит на великого соседа, которому хватило мудрости совместить монархические традиции с неизбежной демократической эволюцией".

Продолжателями консервативной традиции в изучении эпохи Реставрации стали Робер Бюрнан и Жан-Жак Окслен. Бюрнан посвятил свою работу истории повседневной жизни Франции "вокруг" 1830 года. Он попытался рассмотреть по отдельности все сферы повседневной жизни французов, не касаясь политики и экономики: дороги и танцы, пища и образование, религия и армия. Основная идея автора заключается в том, что общество эпохи Реставрации сохранило многие черты Старого Порядка и развивалось очень медленно. Бюрнан считает, что в это время имущественное расслоение не так влияло на жизнь горожан, как это было уже в середине века. Он отмечает, что и внешне и по своей инфраструктуре Париж находился ближе ко временам Людовика XVI и даже Людовика XIV, чем к современности. Пользование одними и теми же лестницами в многоквартирных домах, общая для всех вонь - все помои пока еще сливались просто на троттуар, узость улиц, неосвещенность вечернего города - подобные условия приводили к большему единству всех горожан, от мелких ремесленников до важных государственных чиновников. Французами эпохи Реставрации руководила общая "sagesse" , которая пропала с появлением технических изобретений: лифта, газового освещения и конечно железных дорог. Таким образом, автор подводит нас к мысли, что Реставрация имела право на существование, потому что общество в своей повседневной жизни действительно еще многими чертами находилось в рамках Старого порядка. Подобный подход имеет один коренной недостаток: он оставляет за бортом исследования идеологию, развитие сознания, которое собственно и не позволило Франции застрять в XVIII веке.

Именно идеологии творцов Реставрации - ультрароялистов и посвящена в значительной мере работа Жан-Жака Окслена. Проследив развитие идей легитимистов от первых эмигрантов до конца эпохи Реставрации, автор выделил основу философии ультра - традиционализм, внутри которого существовали две традиции: абсолютистская и либеральная. В основе традиционализма лежала смесь философии Бональда и де Местра. В их философии было много схожего, но идеи Бональда оказались более востребованными и в силу их большей радикальности, и просто в силу разных жизненных обстоятельств того и другого. (Де Местр умер в 1821 году, едва вернувшись во Францию из России, а Бональд стал идейным вдохновителем правых в Палате пэров.). последователи Бональда пошли в большинстве своем по либеральному пути. И Шатобриан, и Ламеннэ, и Балланш ставили на первое место не общество, как Бональд, а свободу, что приводило их постепенно в оппозицию режиму Бурбонов. Однако, автор считает, что в конечном итоге консервативный и либеральный путь в идеологии ультра суть две стороны одной медали. "Консерватизм подчиняет человека порядку. Установленному для него традицией, но в то же время он его защищает от любого покушения на автономию человека внутри этого порядка".

Во второй части работы Окслен исследует политическое поведение ультра на протяжении Реставрации от их борьбы в оппозиции в 1815-1820 годах, до раскола в 1826 году и краха в 1830. Основной заслугой ультра он считает защиту парламентского строя и тот факт, что "они принесли в политику редкое чувство достоинства". Но в политическом плане они вызывают разочарование, потому что в оппозиции они много говорили, а у власти по сути не смогли ничего сделать. В результате из всей своей программы, краеугольным камнем которой было восстановление роли церкви в государстве, им удалось реализовать только одно -установление парламентского режима.

Либеральная традиция изучения эпохи Реставрации представлена в это время в первую очередь Роже Ланжероном. Его работы интересны в первую очередь использованием источников из семейных архивов потомков главных героев. В первой работе автор проводит мысль о нехватке в правительствах Реставрации достойных кадров. Ее беда заключалась в том, что наиболее способные деятели, примером которых и может служить Ройе-Коллар не хотели выходить на первый план, а предпочитали "подправлять" политику правительства, находясь в "конструктивной оппозиции". Такая позиция в данных условиях оказалась проигрышной, потому что не сумев удержать короля от непродуманных мер, они не могли и обрадоваться приходу новых людей, политику которых им направлять уже не было суждено.

Биография одной из наиболее противоречивых личностей эпохи Реставрации - королевского фаворита Элии Деказа - написана на основе его бумаг и писем из семейного архива и представляет собой попытку защитить его от нападок современников и потомков. Ланжерон пытается убедить читателя в том, что король Людовик XVIII не был на самом деле либералом и только воздействие такого человека, как Деказ позволило провести в жизнь многие из либеральных законов периода 1817-1820 годов. Он рисует идиллическую картину взаимоотношений больного монарха и верного ученика, подчеркивая преданность последнего, сохранившуюся и после отставки с поста Председателя Совета министров в 1820 году. В нашей дальнейшей работе мы будем иметь возможность убедиться в том, что по крайней мере для современников, все было не так просто.

Наиболее значительной работой либерального направления является двухтомный труд видных специалистов по истории Франции I-ой половины XIX века Андре Жардена и Андре-Жан Тюдеска "Франция нотаблей". Первую часть работы авторы посвящают Парижу и политике, а вторую - провинции и всем остальным сторонам жизни. Примечательны уже хронологически рамки работы - 1815-1848 годы. Для либеральной историографии в целом характерно игнорирование принципиальных изменений в политическом климате страны после Июльской революции, а Реставрация и июльская монархия объединяются в один период - период конституционной монархии во Франции, развивавшейся от монархического переворота в 1814 году до народной революции в 1848. Считая Реставрацию переходной эпохой, они начинают искать признаки падения задолго до того, как оно произошло. По их мнению, уже второе правительство Ришелье (1820-1821 гг.) "заронило зерно смерти в режим, прибегнув к репрессиям".

Стремление увидеть только восходящие исторические потоки застилает от этих исследователей роль и судьбу дворянства в этот период.

1 2 3 4