">
История История России
Информация о работе

Тема: Ленинская концепция революции

Описание: Эволюция взглядов В.И. Ленина на социально-экономический строй. Характер первой русской революции. Особенности политической тактики с конца XIX века до спада революционного движения после событий 1905-1907 гг. Общественный экономический строй.
Предмет: История.
Дисциплина: История России.
Тип: Курсовая работа
Дата: 22.08.2012 г.
Язык: Русский
Скачиваний: 33
Поднять уникальность

Похожие работы:

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Исторический факультет

Кафедра современной отечественной истории и историографии

Ленинская концепция революции

Курсовая работа

Проверила:

2012

Содержание

Введение 3

Глава первая. Эволюция взглядов В.И. Ленина на социально-экономический строй 7

Глава вторая. Характер первой русской революции 15

Глава третья. Особенности политической тактики Ленина с конца XIX века до спада революционного движения после событий 1905-1907 гг. 23

Заключение 37

Список использованных источников и литературы 39

Введение

Сегодня, во время надвигающейся глобализации по-американски, мирового господства транснациональных корпораций, капиталистическая система не только не может решить проблем человека труда (как физического так и умственного), но и противоречия между трудом и капиталом нарастают всё более отчётливо и в больших, чем ранее масштабах, что выражается в долговом рабстве стран Африки, Ближнего востока, Латинской Америки и Азии, экономической блокаде или ликвидации неугодных политических режимов в этом регионе и последующее введение хаоса и беспорядка. С момента развала СССР, с 1991 года эта глобализация надвигается и на Россию. И здесь у неё уже есть свои плоды. Страна распалась на множество государств. С начала 1990-х олигархам за бесценок были проданы все основные предприятия промышленности, которые впоследствии пришли в упадок. Вслед за этим были распущены коллективные хозяйства, что нанесло большой урон сельскому хозяйству. Россия из великой державы социализма, производящей огромную долю промышленной продукции превратилась в сырьевой придаток Запада. Появился спутник капитализма – безработица, за который так усердно ратовали «прожекторы» перестройки. Вместо самой читающей страны в мире, мы стали самой пьющей. Население страны из года в год вымирает. Жизненный уровень простых людей значительно уменьшился, львиную долю заработка нужно отдавать по тарифам ЖКХ и налогам. Сектор платного образования и медицинского обслуживания с течением времени увеличивается, а бесплатного уменьшается и качество его соответственно ухудшается. Россия самая богатая страна по природным ресурсам, но большинство россиян живут в нищете. С декабря 2011 года в нашей стране стало развёртываться массовое протестное движение против режима Путина. Нынешняя ситуация в России напоминает ту предреволюционную ситуацию несправедливости и бесправия трудящихся, которая возмутила юного Ленина и воодушевила его на борьбу с ней. В связи с этим нужно ответить на следующие вопросы нашего времени: как будут дальше развиваться события в мире и в России, возможно ли жить по-другому? На эти вопросы пытаются дать ответы множество теорий. В данной курсовой работе мы познакомимся с теоретическими изысканиями В.И.Ленина.

В советской историографии по вопросу, какой общественной экономический строй господствовал в стране, развернулась дискуссия. Позицию, которую занимал Ленин до 1905 года, распространяли и до октября 1917 года в 1920-30-х гг. Шестаков А., Покровский М., С.М. Дубровский, оппонентами которых были М.А. Кубанин, Г.А. Гордеев, Л.М. Крицман, предъявлявшие друг другу политические обвинения. В 1950-е годы единомышленниками С.М. Дубровского были И.В. Кузнецов, И.Д. Кузнецов, Н.П. Второв. Все они, признавая крах столыпинской реформы, одновременно высказывались за торжество капитализма в российской деревне с конца XIX века. В 1959 году А.М. Анфимов высказал сомнение по поводу этой господствующей позиции, заслужив почти всеобщее осуждение и дав начало так называемому «новому направлению». Оно считало, что полукрепостнические порядки господствовали вплоть до первой мировой войны. Эта позиция встретила гневностное осуждение со стороны С.М. Дубровского и М.А. Рубача в 1960 году на сессии научного совета по проблеме «Исторические предпосылки Великой Октябрьской социалистической революции». А.Л. Сидоров, возглавлявший этот научный совет, выступил с точкой зрения о том, что капиталистические отношения в деревне не были господствующими. И.Д. Ковальченко в своей статье «В.И. Ленин о характере аграрного строя капиталистической России» так же переносит взгляды Ленина до революции 1905 года на последующие периоды. С.М. Дубровский, как и многие другие историки, представлял, что изменения во взглядах В.И. Ленина были несущественными и привязаны к условиям межпартийной и внутрипартийной борьбы. Также капиталистический характер отработочной системы подчёркивал В.И. Бовыкин. Историки под руководством И.Д. Ковальченко использовали методы количественного анализа массовых данных с применением электровычислительных механизмов, изучив порознь крестьянское и помещичье хозяйство были убеждены, что доказали капиталистическую природу деревенской сельскохозяйственной России. Однако А.М. Анфимов же считал, что они доказали господство мелкобуржуазного уклада, а это не одно и тоже. Помимо этого в курсовой работе используется одна из последних монографий А.М. Анфимова.

Теперь рассмотрим постсоветскую историографию. Схожую точку зрения с «новонаправленцами» демонстрирует и С.Г. Кара-Мурза и В.Б. Шепелева.С целью сравнения взглядов В.И. Ленина со взглядами Г.В. Плеханова взяты данные из монографии Тютюкина С.В. Про характер первой русской революции 1905-1907гг., которая являлась преддверием Великой Октябрьской социалистической революции сказано в книге И.Я. Фроянова.

В иностранной историографии позицию аналогичную «новонаправленцам» занимает Т. Шанин.

Цель курсовой работы, данного исследования - изучить концепцию революции В.И. Ленина. Для этого достижения этого выдвигается ряд задач: 1) понять его видение общественно-экономического строя России конца XIX – начала XX столетия; 2) рассмотреть его понимание характера первой русской революции 1905-1907 гг.;3) проанализировать его политическую тактику.

Объектом данного исследования является исторический процесс до революции, сама революция 1905-1907 гг. и временный контрреволюционный спад. Предметом курсовой работы является осмысление этого исторического процесса В.И. Лениным.

Применительно к рассматриваемой теме, соглашаясь с И.Я. Фрояновым, считаю приемлемым использовать два подхода: марксистский и цивилизационный, как взаимодополняющие друг друга. Для того, чтобы максимально полно рассмотреть изучаемые мной исторические явления, усматриваю возможным употребление сравнительно-исторического, историко-генетического методов, принципа историзма.

Данная проблема исследования включает в себя следующие хронологические и территориальные рамки: Россию с 1890-х годов до 1914 года.

В качестве источников использованы труды В.И. Ленина, опубликованные в пятом издании полного собрания сочинений.

Глава первая. Эволюция взглядов В.И. Ленина на социально-экономический строй

В своё 29-летие В.И. Ленин написал один из своих фундаментальных трудов «Развитие капитализма в России», в котором он, ссылаясь на статистику и других исследователей, с позиции марксизма попытался обосновать своё видение сложившегося социально-экономического строя в стране. В частности, он подчёркивал: «Совокупность всех экономических противоречий в крестьянстве и составляет то, что мы называем разложением крестьянства…Старое крестьянство не только «дифференцируется», оно совершенно разрушается, перестаёт существовать, вытесняемое совершенно новыми типами сельского населения, - типами, которые являются базисом общества с господствующим товарным хозяйством и капиталистическим производством. Эти типы – сельская буржуазия (преимущественно мелкая) и сельский пролетариат, класс товаропроизводителей в земледелии и класс сельскохозяйственных наёмных рабочих… Промежуточным звеном между этими пореформенными типами «крестьянства» является среднее крестьянство». Таким образом, В.И. Ленин доказывал господство в России того времени аграрного капитализма, реальность расслоения крестьян на два антагонистических класса и несущественной и неустойчивой средней прослойки, архаичность крестьянской общины. Эта точка зрения В.И. Ленина была непосредственно связана с тем, что в то время в марксизме господствовала теория о невозможности социалистической революции, минуя аграрный капитализм, в чём проявлялся некий евроцентризм русских марксистов, отрицание отличного от Европы пути развития. Немного выходя за рамки темы, можно сказать, что впоследствии Великая Октябрьская социалистическая революция, как раз таки наоборот, показала миру новый, отличающийся от капиталистического способ модернизации, путь развития, по которому пошла уже Советская Россия и добилась немалых успехов. Предтечами «Развития капитализма в России» были так же труды отца русской социал-демократии – Г.В. Плеханова – «Наши разногласия»(1885 г.), «Обоснование народничества в трудах господина Воронцова. Критический этюд» (1896 г.), в которых он отвергал идеи бывших своих соратников – народников. Так же мыслили и легальные марксисты П. Струве, М.И. Туган-Барановский и др., которые также подчёркивали, что в то время в России господствовал «тот же хозяйственный строй, что и на Западе». В.И. Ленин, в отличие от Г.В. Плеханова, не принимал союза с либералами на тех основаниях, что и Макс Вебер, но всё же считал правильным заключать с ними некоторые тактические соглашения. Макс Вебер представлял себе следующую ситуацию в России: она должна была догонять капитализм и убегать от него, с одной стороны недостаточная приспособленность русского общества к буржуазной демократии, с другой стороны – капитализм в России возникал в его поздних, зрелых формах, минуя стадию свободной конкуренции. Понятие частной собственности (которое было «мотором» буржуазных революций в Европе) в России утратило свой священный ореол и для представителей буржуазии. Отсюда из этих противоречий видно – либеральные идеи становятся контрреволюционными, реакционными, по мере ускорения капиталистической эволюции получали усиленное распространение как идеи «архаического аграрного коммунизма», так и пролетарского социализма. Народники же, по мнению В.И. Ленина, считали, что социализм можно построить на основе крестьянской общины и без капиталистического развития, которое они якобы отрицали для России. Эта идейная борьба с народничеством в итоге помешала вычленить рациональное зерно в их взглядах. В 1881 схожая с народниками позиция была и у самого К. Маркса, которую, судя по всему, тогда не знал В.И. Ленин: «Россия - единственная европейская страна, в которой “земледельческая община” сохранилась в национальном масштабе до наших дней… С другой стороны, одновременное существование западного производства, господствующего на мировом рынке, позволяет России ввести в общину все положительные достижения, добытые капиталистическим строем, не проходя сквозь его кавдинские ущелья». Известный британский историк-крестьяновед Т. Шанин это прокомментировал следующим образом: «Маркс в меньшей степени, чем Ленин был озабочен тем, чтобы оставаться марксистом». С.Г. Кара-Мурза в первом томе «Советской цивилизации» показал, что данные, которые приводил Ленин в «Развитии капитализма в России» в доказательство разделения крестьян на сельскую буржуазию и сельский пролетариат представляли собой «моментальную фотографию», а не длительные наблюдения за одной и той же выборкой крестьянских дворов. В доказательство этого он приводит данные А.В. Чаянова, основанные на наблюдении за отдельными крестьянскими хозяйствами с 1882 по 1911 гг., которые свидетельствуют о неустойчивом положении группы «буржуазии». Интересен приговор крестьян сельца Чернозерья Свинухинской волости Мокшанского уезда Пензенской губернии: « В глубине нашей крестьянской души коренится мысль, что земля как дар божий должна принадлежать только трудящимся. Владение кучкой людей миллионами десятин земли по нашему крестьянскому разумению не может ничем быть оправдано». Таких приговоров было множество, достаточно сослаться на 242 наказа 1917 года, и они показывают неприятие большинством крестьян именно как помещичьего землевладения, так и начавшейся при Столыпине неудачной в своём итоге практики разрушения общины. Выдающийся русский философ Н.А. Бердяев поведал нам о бесперспективности капитализма в России: «Характерно, что в России никогда не было либеральной идеологии, которая бы вдохновляла и имела влияние». Очень впечатляет и удивляет, что философ, эмигрировавший из Советской России, мог писать следующее: «В России революция либеральная, буржуазная, требующая правового строя была утопией, не соответствующей русским традициям и господствовавшим в России революционным идеям. В России революция могла быть только социалистической».

Итак, мы видим, что взгляды Ленина, представленные им в «Развитии капитализма в России» в пылу идейной полемики с народниками, были во многом ошибочными: степень господства капитализма в деревне во многом была завышена, чёткого разделения крестьянства на два антагонистических класса – пролетариата и буржуазии – не наблюдалось. После революционных событий 1905 – 1907 гг. произойдёт революция и в его точке зрения на эту проблему. Подробнее об этом в следующей главе.

После событий революции 1905-1907 годов взгляды Ленина решительно меняются. Становится ясным, что в России эпохи монополистического капитализма существует крестьянство как целое, т.е. на первом плане общекрестьянские интересы, объединяющие всё крестьянство против помещичьего землевладения. Гегемонию пролетариата пришлось определить как роль вождя, ведущего за собой на буржуазную революцию всё крестьянство, в том числе и деревенскую буржуазию. В «Аграрной программе социал-демократов в первой русской революции» Лениным была признана «переоценка степени капиталистического развития в русском земледелии. Остатки крепостного права казались нам тогда мелкой частностью, — капиталистическое хозяйство на надельной и на помещичьей земле — вполне созревшим и окрепшим явлением. Революция разоблачила эту ошибку». Вот что он писал заключении «Аграрной программы…» : «Крепостниками являются владельцы латифундий в экономическом смысле этого слова: основа их землевладения создана историей крепостного права, историей векового грабежа земель благородным дворянством. Основой их современного хозяйничанья является отработочная система, т. е. прямое переживание барщины, хозяйство посредством крестьянского инвентаря, посредством бесконечно разнообразных форм закабаления мелких земледельцев — зимняя наемка, погодная аренда, аренда исполу, аренда за отработки, кабала за долги, кабала за отрезные земли, за лес, за луга, за водопой и так далее, и так далее без конца». После революции 1905 г. Ленин ни разу не писал о непосредственном господстве капиталистических отношений в аграрном строе, о разделении крестьянства на противоположные классы капиталистического общества. В «Пересмотре аграрной программы рабочей партии» он отмечал: «В общем и целом современное помещичье хозяйство в России больше держится крепостнически-кабальной, чем капиталистической системой хозяйства. Кто отрицает это, тот не сможет объяснить теперешнего широкого и глубокого революционного крестьянского движения в России». Получается, основной упор здесь Ленин уже делает на антагонистические отношения крестьянства и помещиков, настаивает на господстве крепостнического, нежели капиталистического хозяйства.

И как это всё отличается от того, что писали «неотрадиционалисты», распространяя дореволюционный взгляд Ленина до октября 1917 года. Например, Покровский М. писал о том, что один из руководителей декабристов – Пестель стал соответственно «сознательно или бессознательно, для нас не имеет значения» представителем «капиталистических фермеров». Иначе говоря, тут уже идёт речь о становлении аграрного капитализма в первой половине XIX века. А вот как нам классовую борьбу изображает П.Н.. Першин: «Эти столкновения представляют не что иное, как классовую борьбу бедняцких масс с сельской буржуазией, захватывавшей общинные земли и укреплявшей своё хозяйство за счёт разорения большинства деревни». А вот какое умозаключение делает П.Г. Рындзюнский: « Поскольку в пореформенной России феодальные производственные отношения в собственном смысле отсутствовали, постольку аграрное перенаселение в ней имело не феодальную, а капиталистическую основу».

Уже в 1902 году в работе « Аграрная программа русской социал-демократии» Ленин, отвечая на чаяние крестьян о «чёрном переделе», выражает мысль о прогрессивном значении национализации земли в рамках буржуазного строя. На IV объединительном съезде РСДРП дискуссия об аграрном вопросе продолжается, часть большевиков во главе с Лениным выступает за национализацию всей земли, включая крестьянские наделы, которая удовлетворит крестьян, жаждущих, по мнению большевиков, идеального американского капитализма. «Либо столыпинская аграрная реформа, - подчёркивает Ленин, - либо крестьянски-революционная национализация. Только эти решения экономически реальны». Ленину здесь противостояла основная часть меньшевиков, поддерживающая программу «муниципализации» П.П. Маслова, которая заключалась в передаче крупных и средних помещичьих имений в распоряжение органов местного самоуправления для последующей раздачи этих земель в аренду крестьянам. Эта часть полагала, что требование национализации земли способно спровоцировать русскую Вандею и кровавый конец РСДРП: «Тов. Джон в своем докладе прямо и решительно выдвинул этот довод. «Если бы революция, — говорил он, — привела к попытке национализировать крестьянские надельные земли или национализировать конфискованные помещичьи земли, как предлагает т. Ленин, то такая мера повела бы к контрреволюционному движению не только на окраинах, но и в центре. Мы имели бы не одну Вандею, а всеобщее восстание крестьянства против попытки вмешательства государства в распоряжение собственными (курсив Джона) крестьянскими надельными землями, против попытки их национализировать» (стр. 40 «Протоколов» Стокгольмского съезда)». Любопытно, что Плеханов, сторонник «муниципализации», подметил, что «Ленин смотрит на национализацию глазами социалистов-революционеров… Приятно вспомнить старых знакомых, - подчёркнул он, - но неприятно видеть, что социал-демократы становятся на народническую точку зрения». В 1908 году в письме И.И. Скворцову-Степанову Ленин по-другому представлял сущность спора марксистов и народников: «Воюя с народничеством как с неверной доктриной социализма, меньшевики доктринерски просмотрели, прозевали исторически реальное и прогрессивное историческое содержание народничества... Отсюда их чудовищная, идиотская, ренегатская идея, что крестьянское движение реакционно, что кадет прогрессивнее трудовика, что «диктатура пролетариата и крестьянства» (классическая постановка) противоречит «всему ходу хозяйственного развития». «Противоречит всему ходу хозяйственного развития» - это ли не реакционность?!». В 1910 году Ленин пишет в связи со смертью Л.Н. Толстого: « Его непреклонное отрицание частной поземельной собственности передаёт психологию крестьянской массы… Его непрестанное, полное самого глубокого чувства и самого пылкого возмущения, обличение капитализма передаёт весь ужас патриархального крестьянства, на которого стал надвигаться новый, невидимый, непонятный враг, идущий откуда-то из города или откуда-то из-за границы, разрушающий все «устои» деревенского быта, несущий с собою невиданное разорение, нищету, голодную смерть, одичание, проституцию, сифилис — все бедствия «эпохи первоначального накопления»». Таким образом, восприятие Лениным российского крестьянства нельзя свести к формуле: «мелкая буржуазия», что, тем не менее, обычно делается.

Итак, мы видим, что взгляды Ленина, представленные им в «Развитии капитализма в России» в пылу идейной полемики с народниками, были во многом ошибочными: степень господства капитализма в деревне во многом была завышена, чёткого разделения крестьянства на два антагонистических класса – пролетариата и буржуазии – не наблюдалось. Анализируя события революционного движения 1905-1907 гг., Ленин отошёл от своей прежней позиции господства аграрного капитализма в России, убедился в том, что социально-экономический строй в стране можно определить как полукрепостнический. Отсюда окончательное освобождение крестьянства из крепостнической кабалы возможно только с помощью национализации помещичьих земель. С этого момента начинается некоторое заимствование народнических идей у их настоящих носителей – эсеров.

Ленина постоянно превозносили за твёрдую приверженность своим взглядам, однако его особенностью является, что он мог подвергнуть переосмыслению своё первоначальное воззрение, мог признавать и исправлять ошибки. Т. Шанин этот серьёзный поворот во взглядах Ленина на социально-экономический строй по радикальности сравнивает с введением НЭПа и реакции на это большинства однопартийцев. Искажения взглядов Ленина можно постараться объяснить политико-идеологическими факторами: « Теоретические системы, наиболее эффективные для революционного действия, обычно отличаются от тех, которые наиболее пригодны для придания легитимности послереволюционному государству». Можно добавить ещё несколько предположений. «Неотрадиционалисты» пытались подогнать факты под теоретическую концепцию марксизма конца XIX века – где социалистическая революция возможна только на самой высшей и развитой стадии развития капитализма, какой был в то время в Европе – «делали» из России страну западно-европеского качества. Тем самым, скорее всего, хотели показать, что в западно-европейской цивилизации как и в России перед октябрём 1917 года есть все предпосылки для социалистической революции. Исходя из этого, не развивали теорию марксизма, не учитывали местные цивилизационные особенности: социалистическая революция произошла именно в нашей крестьянской стране и в последующее время в других странах, находящихся под колониальным гнётом «развитых» империалистических стран Запада, где капиталистические отношения не были господствующими. Несомненно, победы национально-освободительных движений, особенно перешедших на путь социалистического развития, на время ухудшили положение господствующих классов, а соответственно и положение трудящихся в бывших метрополиях, что давало некоторые надежды на подъём революционного движения. Но, в последствии, с помощью долговой кабалы многие освободившиеся от колониальных цепей страны оказались в неоколониальных оковах всё тех же стран западной «демократии», что реанимировало господство всё того же транснационального капитала и в свою очередь позволило с целью экономического подавления революционного движения поделиться «крохами с барского стола» с трудящимися. В итоге эта скрытая евроцентристская направленность советского обществознания привела к реанимации меньшевистских взглядов на недостаточную развитость капитализма, буржуазно-демократических отношений в России перед 1917 годом для предпосылок социалистической революции. Из этого последовало, что советский социализм был «неправильным», ибо он якобы был искусственно насаждён в экономически неготовой для этого стране. Вот из таких нехитрых теоретических умозаключений выросли «прорабы перестройки» и будущие «реформаторы», с 1991 года разрушившие советскую систему и насаждающие капиталистические отношения, которые отнюдь не благоприятно сказываются для страны.

Глава вторая. Характер первой русской революции

Из тематики предыдущих двух глав вытекает вопрос о характере первой русской революции, о том, как себе её представлял Ленин.

«В начале XX в. в основном моделью революции для образованной России того времени была Весна Наций в Европе 1848-1849 гг. Напомним, что её события выразились в международной волне городских демократических революций, вызвавших одна другую, направленных против королевской власти и подавленных в конечном счёте с помощью консервативно настроенных жителей сельских районов или солдат крестьянского происхождения…Контрреволюционность и консерватизм крестьян, как и жителей экономически отсталых этнических окраин без сомнения представлялись главной причиной подавления революций 1848-1849 гг.». Не только это, но и предшествующая безуспешная деятельность народников по организации крестьянской революции, спад крестьянского движения во время возникновения русского марксизма, внушали серьёзные сомнения по отношению революционности крестьян. Вот как Ленин отражает свои ранние мысли по поводу будущей революции: «Рабочее движение поднимает пролетариат сразу под руководством РСДРП и будит либеральную буржуазию: 1895—1901/2». Целью рабочего движения было именно разбудить либеральную буржуазию, ни о каком крестьянстве и не говорится. В «Аграрной программе русской социал-демократии», написанной в 1902 году выделяет следующую мысль: «По отношению к наемным рабочим мы берем на себя защиту их интересов, как класса в современном обществе; мы делаем это, ибо считаем их классовое движение единственным действительно революционным движением (сравни в принципиальной части программы слова об отношении рабочего класса к другим классам) и стремимся именно это движение сорганизовать, направлять и просвещать светом социалистического сознания. Между тем по отношению к крестьянству мы вовсе не берем на себя защиты его интересов, как класса мелких землевладельцев и земледельцев в современном обществе. Ничего подобного. «Освобождение рабочего класса может быть делом только самого рабочего класса», и потому социал-демократия — непосредственно и всецело — представляет интересы только одного пролетариата, только с его классовым движением стремится слиться в одно неразрывное целое. Все же остальные классы современного общества стоят за сохранение основ существующего экономического строя, и потому защиту интересов этих классов социал-демократия может брать на себя лишь при известных обстоятельствах и на известных, точно определенных, условиях». Мы видим, что по Ленину в 1902 году единственным революционным движением является движение пролетарское, все остальные классы, в том числе и крестьянство, контрреволюционны, и защита их интересов со стороны социал-демократии возможна лишь при определённых обстоятельствах. «Партия пролетариата должна не только поддерживать, но и подталкивать вперед крестьянство в его борьбе со всеми остатками крепостничества». Борьбу крестьянства против крепостничества предусматривалось поддерживать в «в интересах свободного развития классовой борьбы в деревне», дальнейшего развития аграрного капитализма, который по тогдашним, дореволюционным воззрениям Ленина, о чём говорилось ранее, являлся определяющим. Окончательное довершение революции на тот момент требовалось именно в деревне, а не в городе: «…в крестьянском отделе мы можем и должны выставить такие требования, значение которых было бы равносильно тому, чтобы окончательно сломить господство крепостников-помещиков, чтобы совершенно очистить нашу деревню от всех следов крепостничества. В рабочем отделе ближайших требований мы не можем ставить социально-революционных требований, ибо социальная революция, ниспровергающая господство буржуазии, есть уже революция пролетариата, осуществляющая нашу конечную цель.». То есть, капиталистическая экономика вступила в противоречие с самодержавным государством и отсталостью крестьянской общины. Схожая с этим была позиция и у Г.В. Плеханова. В марте 1905 года Лениным высказывалась следующая тактика на уже начавшуюся революцию: «…вместе с крестьянской буржуазией против всякого крепостничества и против крепостников-помещиков, вместе с городским пролетариатом против крестьянской и всякой другой буржуазии, такова «линия» сельского пролетария и его идеолога социал-демократа». Позиции меньшевиков и большевиков были различны по вопросу о революционном потенциале буржуазии и возможных классовых союзах, выгодных пролетариату. Ленин по этому поводу в конце 1905 года пишет о контрреволюционности основной части буржуазии: «Рабочее движение разгорается в прямую революцию, причем либеральная буржуазия уже сплотилась в конституционно-демократическую партию и думает об остановке революции путем соглашения с царизмом, но радикальные элементы буржуазии
и мелкой буржуазии склоняются к союзу с пролетариатом для продолжения революции». Меньшевики же, наоборот, в антиправительственных фронт включали и либеральную буржуазию. Вот что Владимир Ильич писал о меньшевиках: «Они боятся того, как бы история не возложила на них руководящей роли в демократическом перевороте, они со страхом думают о том, как бы им не пришлось «проводить восстание». Им мерещится та мысль — они только не решаются еще сказать ее на страницах «Искры» прямо, — что социал-демократическая организация не должна «проводить восстания», не должна стремиться к тому, чтобы брать всецело в свои руки революционный переход к демократической республике». Продолжение революционного процесса, начавшегося в 1905 году Ленин видел следующим образом: «Рабочее движение побеждает в демократической революции, при пассивно выжидании либералов и при активной поддержке крестьянства. Плюс радикальная, республиканская интеллигенция и соответствующие слои мелкой буржуазии в городах. Восстание крестьян побеждает, власть помещиков сломана… либеральная буржуазия и зажиточное (+ отчасти среднее) крестьянство организуют контрреволюцию… Европейские рабочие покажут нам, «как это делается», и тогда мы вместе с ними делаем социалистический переворот». Таким образом, Ленин думал, что при победе этой революции, она же могла при содействии европейского пролетариата перерасти в социалистическую.

В 1908 году взгляды Ленина на характер прошедшей революции меняются. Вот что он пишет в «Аграрной программе социал-демократов в первой русской революции»: «Мы видели, что «гвоздем» аграрной борьбы в нашей революции являются крепостнические латифундии». «…наша буржуазная революция в области земельных отношений должна быть рассматриваема, как «крестьянская аграрная революция». Революция была именно общекрестьянской, не о каких классовых битвах внутри крестьянства во время революции не говорится. И далее: «Всякая крестьянская революция, направленная против средневековья при капиталистическом характере всего общественного хозяйства, есть буржуазная революция. Но не всякая буржуазная революция есть крестьянская революция…На деле ни один социал-демократ ни той, ни другой фракции ни до революции, ни во время нее не отступал от марксистских взглядов на буржуазный характер революции; только «упростители», вульгаризаторы фракционных разногласий могли утверждать обратное. Но часть марксистов, именно правое крыло, отделывалась все время общим, абстрактным, шаблонным понятием буржуазной революции, не сумев понять особенности данной буржуазной революции именно как крестьянской революции». Значительно позже, в 1920 году, его мысль перекликается с только что упоминавшимися идеями конца 1905 года о той буржуазно-демократической крестьянской революции, как о предшественнице социалистической революции, только уже без активного содействия европейского пролетариата и 12 лет спустя: «Без «генеральной репетиции» 1905 года победа Октябрьской революции 1917 года была бы невозможна».

Интересно также сравнить взгляды Ленина с другими современниками революции. Вот что в конце сентября 1905 года думал председатель Совета министров С.Ю. Витте: « Студенческие сходки и рабочие стачки ничтожны сравнительно с надвигающейся на нас крестьянской пугачёвщиною». То бишь, и в царском правительстве, в отличие от многих марксистов-революционеров, впоследствии задумывающихся над этим вопросом, довольно трезво оценивали ситуацию. Патриарх русского марксизма, Г.В. Плеханов в 1913 году оценивает события 1905-1906 гг. несколько по-другому: «Обыкновенно их объединяют под общим названием революции. Это не совсем точно, ибо революцией мы привыкли называть такое общественное движение, которое приводит к свержению данной политической системы и, в частности, правительства… это был очень сильный подъем революционного движения, вызвавший глубокую трещину в здании старого порядка, но не поваливший этого здания… события ожиданий не оправдали, но это произошло только потому, что ожидания были слишком преувеличены… Я всегда считал, что самой главной, чтобы не сказать единственной, движущей силой русского революционного движения является пролетариат… Это не значит, что я отрицал существование в России других недовольных элементов… Достаточно вспомнить о крестьянах… Но я не считал их революционной силой в настоящем смысле этого слова. Несомненно, крестьянин, страдающий от малоземелья, давно уже стремится к экспроприации помещиков… Но в моих глазах оно не является революционным по своему существу. По-моему, оно есть не что иное, как пережиток тех воззрений, которые сложились в Великороссии под влиянием аграрной политики Московского государства. Политика эта основывалась на том, что земля считалась государевой, а крестьяне прикреплялись к государевой земле. Так как они составляли главную платежную силу государства, то насущный интерес последнего заключался в том, чтобы они были обеспечены достаточным земельным наделом. Ряд мер, принимавшихся в течение целых столетий, привел, наконец, к тому, что крестьяне переживали нечто вроде «черного передела» во время каждой ревизии, так как каждая ревизия приводила к своеобразному земельному «равнению». Потом ревизии прекратились. Земельное равнение не имело больше места, между тем как малоземелье все более и более давало себя чувствовать, и крестьянин нетерпеливее, чем когда-либо прежде, ждал «равнения»… а в начале 900-х годов он, не дождавшись равнения свыше, стал осуществлять его собственными средствами… Это его движение совпало с революционным движением городского населения… Но, оказав чрезвычайно сильную поддержку революционным элементам городского населения, крестьянин не сумел поддержать их до конца… Благодаря этому вышло то, что одетые в солдатский мундир дети тех людей, которые в деревнях самовольно делали земельное равнение,— и по этому самому выступали революционерами,— расстреливали революционеров в городе и тем спасали наш старый порядок». Отсюда ясно, что Плеханов видел данные события в ортодоксальном ключе: главная революционная сила пролетариат( в большинстве своём состоявший из вчерашних крестьян – Т.Д.), а крестьяне придерживались «психологии старого времени» и никакой революционности у них не было и они не смогли до конца поддержать революционный пролетариат, из-за чего революция завершилась неудачно. Но стоит заметить, что переделы земли происходили в рамках общины и земли помещиков не касались, а крестьяне требовали экспроприировать именно помещичью землю. К. Каутский характеризовал революцию 1905-1907 гг. как не буржуазную и не социалистическую: «Было бы лучше всего, поскольку русская революция и наша задача в ней рассматривается не как буржуазная революция в обычном смысле, не как социалистическая революция, но как совершенно особый процесс, проходящий на границах буржуазного и социалистического обществ, служа ликвидации первого, обеспечивая условия для второго и предлагая мощный толчок для общего развития центром капиталистической цивилизации». Позиция К. Каутского вполне ясна: не буржуазная, потому что буржуазия не была руководящим «двигателем» революции, не социалистическая, так как рабочие и крестьяне не взяли всю государственную власть в свои руки.

Заслуживают внимания и сравнение того, за что боролись рабочие и крестьяне и уточнение о неучастии последних в жизни какой-либо политической партии, а значит и не входившие в круг её влияния, что говорит о самостоятельном крестьянском движении, приводимые Т. Шаниным: «В соответствии с фактами, которыми мы располагаем, большинство политически активных рабочих в России боролись в 1905-1907 гг. не только за средства к существованию, но и за политическое поражение царизма и следовали в своей борьбе на национальной арене за революционными и социалистическими партиями. В соответствии с фактами, которыми мы располагаем, российское крестьянство в течение примерно того же периода, боролись за землю, а его требования власти носили в основном локальный характер. Прямое участие крестьян в жизни политических партий того времени было примечательно в первую очередь своим отсутствием». «Российская крестьянская война 1905-1907 гг. была в основном крестьянской, в ней участвовали крестьяне, ею руководили в основном крестьяне и цели её были, соответственно, крестьянскими».

В постсоветской историографии И.Я. Фрояновым характер революции понимается следующим образом: «То была, по нашему убеждению, не обезличенная буржуазно-демократическая революция, а русская аграрно-демократическая революция».С.Г. Кара-Мурза, как и Т. Шанин, называет её крестьянской войной: «Это была первая из целой мировой цепи крестьянских войн ХХ века, в которых община противостояла наступлению капитализма, означавшего “раскрестьянивание”». Что, собственно, идёт в унисон с точкой зрения самого Ленина. А.М. Анфимов предлагал оценивать итоги первой русской революции не только сугубо пессимистично: « Первая российская революция потерпела поражение, не достигнув своей главной цели – свержения царизма, но это не означает, что она не имела прогрессивных последствий». В их число он относил 1) введение Госдумы; 2) уравнение крестьян в правах с другими сословиями, правда с немалыми изъятиями ( по указу от 5 октября 1906 года); 3) отмену с 1-го января 1907 года выкупных платежей за надельную землю, которую царизм и помещики постарались позднее свести к нулю; 4) понижение арендных цен на землю, которое было возмещено ещё большим повышением цен после подавления «бунта»; 5) повышение зарплаты сельскохозяйственных рабочих по данным И.Г. Дроздова на 20%. Так или иначе мы видим, что царские власти пошли на некие уступки.

Подытоживая всё сказанное в этой главе, можно сделать следующие умозаключения. Определение характера революционных событий 1905-1907 гг. В.И. Лениным непосредственно связано с тем, какова его позиция по господствующему социально-экономическому строю. Изменилась эта позиция, поменялось и воззрение на типаж первой русской революции или наоборот. До революции, когда Ленин придерживался ортодоксального марксизма (который был по сути, как уже говорилось, европоцентристским), в коем в связи с революциями 1848-1849 гг. крестьянство определялось как мелкая буржуазия, в основной занимающая пробуржуазные контрреволюционные позиции. Он тоже скептически относился к революционным возможностям крестьян в целом и разделял его на буржуазные и капиталистические элементы и лавры вождя революции всецело отдавал промышленному пролетариату. Наблюдая за развитием революции, он заметил бурный подъём крестьянского антипомещичьего движения, которого уже очень и очень давно не было. Из этого он сделал верный вывод о том, что стержнем массового революционного движения было крестьянство, поэтому революцию считал крестьянской, требующей «чёрный передел» земельных угодий, то есть решения насущного аграрного вопроса, который, выходя за рамки курсовой работы, не был решён вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции, что послужило одной из основополагающих причин двух последующих революций.

Глава третья. Особенности политической тактики Ленина с конца XIX века до спада революционного движения после событий 1905-1907 гг.

1 2